Вот и снова никакого разговора о любви у нас не вышло. Да это и не важно. Я чувствую, что нахожусь в преддверии чего-то очень значительного и что должна использовать это, чтобы понять как можно больше. На минуту вспоминаются мне мои занятия в университете, Сарагоса, спутник жизни, которого я все мечтала повстречать, но все это кажется далеким, окутанным туманной дымкой - такой же, что застилает сейчас городок Сент-Савен.
- К чему ты рассказал мне про Бернадетту?
- Сам не знаю, - отвечает он, не глядя мне в глаза. - Может быть, потому, что мы - недалеко от Лурда. Может быть, потому, что завтра - день Непорочного Зачатия. А может быть, потому, что хотел доказать тебе: мой мир не столь пустынен и безумен, каким может показаться. Часть его составляют и другие люди. И они верят тому, что говорят.
- Я никогда и не говорила, что твой мир - безумен. В большей мере это относится к моему миру - я трачу лучшие годы жизни, корпя над книжками и тетрадками, а ведь они не выведут меня оттуда, где я все знаю наизусть.
Я почувствовала, что мне становится легче: я понимала его.
Я ждала, что он снова заговорит о Богине, но, обернувшись ко мне, он сказал:
- Пора спать. Мы много выпили.
Вторник, 7 декабря 1993
Он уснул сразу же. А я долго лежала, вспоминая все сразу - туман, и площадь, и вино, и разговор. Потом прочла рукопись, которую он мне дал, и ощутила прилив счастья: Бог - если Он и вправду существует - это и Отец, и Мать.
Я погасила свет и продолжала думать об окружавшем колодец безмолвии - именно в те минуты, когда мы оба молчали, я ощущала, до какой степени он близок мне.
Ни он, ни я не произнесли ни слова. Нет нужды говорить о любви, ибо у нее - собственный голос, и она говорит за себя сама. В ту ночь, у колодца, молчание позволило нашим сердцам сблизиться, узнать друг друга получше. И мое сердце внимало его сердцу и, внимая, пело от счастья.
Прежде чем закрыть глаза, я решила сделать то, что он назвал «изгнанием Другого».
«Вот я здесь, в этой комнате, в городке, где никогда не бывала прежде, - текли мои мысли. - Вдали от всего того, к чему привыкла, размышляю о том, что никогда в жизни меня не интересовало. Я могу притвориться - хоть на несколько минут, - что стала другой».
И принялась воображать, как бы мне хотелось прожить эти несколько минут. Мне бы хотелось стать веселой, любопытной, счастливой. Сполна использовать каждое мгновение, с жадностью пить воду жизни. Снова верить и доверять мечте. Обрести способность бороться за то, что мне желанно и дорого.
Отвечать любовью на любовь.
Да, вот она - женщина, которой мне бы хотелось быть. И вот она внезапно возникла передо мной и превратилась в меня.
И я почувствовала, как заполняет мою душу свет Бога - или Богини, - в которых не верила больше. И еще почувствовала, как в это мгновение Другая, покинув мое тело, присела в углу этой маленькой комнаты.
Я глядела на нее - на себя такую, какой была до сих пор: она слаба, но тщится казаться сильной. Она всего боится, но твердит себе, что это не страх, а мудрость человека, не витающего в облаках. Окна, сквозь которые врывается ликующий свет солнца, она заделывает наглухо из опасений, как бы не выцвела обивка на ее старой мебели.
Я видела в углу комнаты Другую - слабую, усталую, разочарованную. Я видела, как обуздывает и порабощает она то, чему надлежит быть совершенно свободным, - свои чувства. Как пытается судить о грядущей любви по былым страданиям.
Но любовь - всегда нова. Не имеет значения, сколько раз в твоей жизни встретится любовь - один, Два или три. Всякий раз мы оказываемся перед неведомым и