- Но это же замечательно! - воскликнула я, притворяясь удивленной. - Нам не надо будет тратить деньги на врачей.
Однако он не улыбнулся моей шутке. И я почувствовала себя дурой набитой.
- Я развил мои дарования благодаря харизматическим ритуалам, которые ты видела. В ответ на мою молитву Святой Дух нисходил ко мне и осенял меня, я лечил больных наложением рук и исцелял их. Вскоре молва об этом распространилась по всей округе, и с утра у монастыря выстраивалась длинная вереница страждущих, недужных, увечных, которые ждали от меня помощи. В каждой гноящейся и зловонной ране виделись мне язвы Иисуса.
- Я горжусь тобой, - прошептала я.
- Многие в монастыре были против этого, но отец- настоятель оказывал мне неизменную поддержку.
- Мы продолжим это. Вместе пойдем по свету. Я буду промывать раны, ты - благословлять их, а Господь - являть Свои чудеса.
Он отвел от меня взгляд, устремил его на озеро. Как в ту ночь в Сент-Савене, когда мы пили с ним вино у колодца, я ощутила рядом некое присутствие.
- Я уже рассказывал тебе, но повторю, - продолжал он. - Однажды ночью я проснулся. Моя келья была ярко освещена. Я увидел лик Великой Матери, Ее взгляд, исполненный любви. С той минуты Она стала являться мне время от времени. Я не могу призвать Ее, но иногда Она предстает мне.
А сам я тогда уже был в числе истинных преобразователей Церкви. И твердо знал: мое земное предназначение - не только исцелять недуги, но и пролагать пути, по которым придет в мир Бог- Женщина. Укрепится женское начало, вновь воздвигнется столп Милосердия - и Храм Мудрости вознесется в сердцах человеческих.
Я глядела на него неотрывно. Лицо его, минуту назад выражавшее такое напряжение, смягчилось.
- Это предполагало свою цену, и я был готов платить.
И он замолчал, словно не зная, что сказать.
- Что значит «был»? - спросила я.
- Путь Богине мог бы быть проложен лишь словом и чудом. Но наш мир устроен не так. Все окажется труднее. Будут слезы, непонимание, страдание.
«Это работа отца- настоятеля, - мелькнуло у меня в голове. - Это он постарался вселить в его сердце страх. Но я стану для него утешением и ободрением».
- Это путь не страдания, а славы, - ответила я.
- Большая часть людей все еще не доверяют любви...
Я чувствовала - он хочет, но не может что-то высказать мне. Быть может, ему надо прийти на помощь?
- Я думала об этом, - перебила я. -тот, кто первым покорил высочайшую вершину Пиренеев, понял, что жизнь без риска лишена благодати.
- Что ты знаешь о благодати?! - воскликнул он, и я увидела, что спокойствие вновь покинуло его. - Одно из имен Великой Матери - Пресвятая Дева Благодатная, и ее руки щедро осенят благословением каждого, кто умеет принимать его.
Нам не дано судить о жизни других людей, ибо каждый знает свое собственное страдание и проходил через собственное отречение. Одно дело - считать, что ты нашел верный путь, и совсем другое - уверять себя и других в том, что этот путь - единственный.
Иисус сказал: «В доме Отца моего обителей много». Дар есть благодать. Но благодати полна и просто достойная жизнь, где есть труд и есть любовь к ближнему. У Марии был на Земле супруг, который сумел показать ценность безымянного труда. Оставаясь в тени, он обеспечил крышу над головой и пропитание своей жене и сыну и дал им возможность свершить то, что они свершили. Его труды важны не менее, хоть почти никто не оценил их по достоинству.
Я промолчала. Он взял меня за руку.
- Прости, я резок и нетерпим.